Леонид Алексеев, House of Leo: «Индустрия моды достаточно успешно существует в кризис»

Петербургский дизайнер, основатель бренда мужской одежды House of Leo и преподаватель Школы дизайна Высшей школы экономики Леонид Алексеев рассказал, почему после карантина у магазинов одежды столпились огромные очереди, станут ли fashion-маски частью повседневного гардероба и уйдут ли недели моды окончательно и бесповоротно в онлайн.

На ваш взгляд, сильно ли пострадала мода и сегмент продажи одежды во время пандемии?

Это не самый пострадавший сегмент. На мой взгляд, больше пострадали ресторанный бизнес и сфера развлечений. В нашем случае, наоборот, люди стали больше времени уделять себе, соответственно стали заниматься поиском новой одежды, новых образов. Подобные изменения в мире приводят к тому, что человек пересматривает взгляд на самого себя. Поэтому индустрия моды достаточно успешно существует в кризис. Безусловно, технологии продаж, к которым мы привыкли, связанные с примеркой одежды и посещением магазина, пострадали. Но молодое поколение научилось покупать онлайн: есть большое количество возможностей заказать вещи с примеркой и только потом заплатить.

То, что касается ретейла в целом в нашей стране, он во многом зависит от трафика и того, какое количество людей приходит в магазин. Это самое сложное в сегменте моды. Если ваш магазин не генерирует трафик и продажи не происходят, соответственно приходится закрывать его, увольнять персонал.

В первые дни после карантина у магазинов одежды появились огромные очереди. Люди соскучились по примеркам, шопингу или это способ справиться со стрессом?

Если речь идет о брендах, у которых были очереди, это прежде всего связано с принципом продаж, который вынудил людей приходить в магазин. Это значит, что они не смогли полноценно перейти на онлайн-продажу. Хотелось бы, чтобы люди взглянули на эти бренды, которые искусственно заманивают их в магазин разными уловками, и отказались от покупок в них, перешли на что-то более удобное и современное.

Конечно, мы понимаем, что покупка одежды в магазине – это не просто функция или задача, это еще и опыт, который позволяет попробовать что-то новое. Иногда мы ходим в магазин, чтобы просто хорошо провести время. Люди скучали, поэтому приходят в магазин.

Дала ли пандемия новый виток творчества дизайнерам? Может ли она вдохновлять?

Так случилось, что наш мир сталкивается с социальными изменениями. Непосредственно сама пандемия мало кого вдохновляет, поскольку чем больше мы говорим о проблемах, тем быстрее хочется о них забыть. Мода всегда ищет новые решения и источники вдохновения, в этой ситуации бренды подтолкнули себя к новому: не только в плане одежды, но и презентаций коллекций, они снимают видео, выстраивают различные форматы коммуникации с клиентом, рассказывают более личные истории. Для моды гораздо страшнее застой, когда нет больших изменений. Мода устает от стабильности.

Как вы работали в пандемию со своими студентами?

Образ жизни у нас у всех изменился. Особенно то, что связано с коммуникацией, общением, преподаванием. Приходилось огромное количество часов проводить онлайн, с камерой. Сидеть на одном месте часами. Честно вам скажу, мне не очень нравится все время находиться в одной точке, никуда не перемещаясь. Как только появилась возможность встретиться со студентами вживую, я сразу к этому вернулся. Я не большой поклонник дистанта.

Маска – станет ли она постоянным предметом гардероба?

Какое-то время назад невозможно было представить, что мы будем носить маски. Когда приезжали в Азию и в обычный день видели, что жители ходят в масках, казалось, что это экзотика. Сейчас мы настолько привыкли к маскам, что, наверное, найдем в них новый смысл, например, конфиденциальности. Или маска защитит от плохой погоды, сильного ветра или снега.

Будут ли маски продаваться в магазинах одежды, наравне с блузками и юбками?

Фэшн-маски присутствуют так или иначе в ретейле, просто продаются они не с одеждой, а аксессуарами, как солнечные очки.

Недели моды впервые прошли онлайн. Были ли дизайнеры к этому готовы?

Об онлайн-форматах презентаций коллекций говорили уже давно, но к такому масштабному процессу дизайнеры были не готовы. Сейчас все еще нет четкого понимания, как должны проходить недели моды онлайн.

Какие плюсы есть у онлайн-презентаций одежды?

Плюс заключается в том, что у некоторых марок получилось выйти на более широкий формат презентации, когда речь идет не только о показе, но и о видеотематическом сопровождении презентации. Но пока онлайн-показ проигрывает классическому.

Могут ли через пару лет часть модных показов, недели моды уйти в онлайн полностью?

К сожалению, все поняли, что перенести показ в онлайн – снять то же видео – дешевле. Боюсь, что полностью к офлайн-показам мы уже не вернемся. Большое количество брендов сразу будут делать ставку на онлайн-презентации.

Как за 20 прошедших лет изменилась российская мода, ее ценности?

За эти годы мы кардинально изменились, потому что изменилась среда, общество и его ценности. Все больше мы видим коллекции на темы этичного или экологичного дизайна, где используются только натуральные ткани. Появились молодые марки, которые фокусируются на авторской концепции, а не глобальных трендах. Понятие тренда почти полностью ушло в масс-маркет. Вряд ли есть современные марки одежды, которые гордятся тем, что они делают трендовую одежду.

Сильно ли вырос рынок российских марок?

Да, у них уже есть свои покупатели и достижения. Можно сказать, что индустрия из зачаточного состояния перешла в подростковое.

Что нового российские дизайнеры предложили миру моды? 

Мы стали активно работать со своей идентичностью: говорим о нашем происхождении, о советской истории, о русском взгляде на мир и наших уникальных явлениях. Почти весь мир знает Гошу Рубчинского и его коллекции одежды с ностальгией по советскому прошлому.

Российские дизайнеры представлены и на рынке роскоши. Это и Ульяна Сергеенко, и Юлия Янина, которая одевает звезд на «Оскар». А российские молодежные бренды выходят на мировой рынок за счет Интернета: кто-то даже может похвастаться шоурумом в Париже.

Источник: «Петербургский дневник»

Фото: Школа дизайна Высшей школы экономики